прозапублицистикаархивконтакты

Человек в пустыне

Рассказы

Артём Сошников — о пронзительных рассказах Наталии Мещаниновой, вселяющих в людей не только ужас, но и надежду.

Обложка книги «Рассказы»

Обложка книги

Осенью прошлого года журнал о кино «Сеанс» выпустил сборник прозы режиссёра и сценариста Наталии Мещаниновой, автора сценариев для «Школы» Гай-Германики и «Аритмии» Бориса Хлебникова. В шести небольших рассказах Мещанинова описывает историю своей семьи, жившей в небольшом посёлке под Краснодаром. Семьи неблагополучной и сумасшедшей: мать Мещаниновой выходит замуж, потому что «Витька высокий, красивый был, да и уже пора мне пришла», сводная сестра ворует золото на поминках и привязывает сестру к стулу, чтобы та не подглядывала за её лапаньем с хахалем, а племянника регулярно сажают в тюрьму за угоны автомобилей.

Окружающие не лучше. Молодые насилуют детей в лесопосадке, поджидают героиню на лестничной клетке, бухают, курят траву и думают только о совокуплении. Взрослые застряли в мире, полном терпеливых жён, пересудов, патриархальных стереотипов и народной медицины. Среди них растёт девочка Наташа и надеется спрятаться от окружающего её ужаса — физически и морально.

Наталия Мещанинова. Фото: «Коммерсант»

Наталия Мещанинова. Фото: «Коммерсант»

Несмотря на тяжёлую тематику, рассказы написаны в саркастичной манере. Мещанинова не пытается намеренно рассмешить читателя, с первой главы становится ясно, что сарказм — средство ухода от реальности, с помощью которого она не просто высмеивает накопившуюся боль, но и очерчивает знакомые многим подросткам проблемы: некрасивую внешность, подозрения в том, что ты приёмыш, навязанное матерью презрение к ушедшему из семьи отцу.

Тема «Рассказов» для русской литературы не нова. В.Козлов («Гопники», «Школа»), Адольфыч («Чужая») или Сенчин («Елтышевы») уже описывали тяжёлое положение провинции девяностых с беззаконием и животной, практически первобытной агрессией — но, в отличие от произведений нулевых, «Рассказы» не звучат беспросветно. Намеренно или подсознательно, Мещанинова даёт читателю шанс понять мать или племянника Олега:

«Взять хоть на секунду, угнать машину и прокатиться с девочкой, которая повелась на голубые бесстыжие глаза и запах авантюры, прокатиться до первого поста ГАИ и сесть в тюрьму на два года, потом выйти и снова взять, взять чужие деньги, чтобы угостить девочку шампанским, а на большие траты у его мозга не хватало фантазии даже. И все ради одного мгновения, когда кто‐то, хоть кто‐нибудь, смотрит с обожанием, любовью, может даже, когда хоть кто‐то смотрит в эти голубые глаза, а большего ему не надо, ведь большего он никогда и не хотел».

Противоречивость героев выдаёт сценарный опыт Мещаниновой. С самого начала сборника она аккуратно развешивает по стенам намёки-«ружья», чем интригует читателя и ведёт его за собой (и здесь замыслу помогает текст, намеренно выстроенный в узкую, практически стихотворную колонку, которая читается увлекательно и динамично). Но в двух последних историях Мещанинова резко меняет тон на предельно серьёзный. Сарказм и юмор исчезают из текста, предложения звенят от боли, ненависти и обиды. Отчим дядя Саша — единственный, кто представлен нам чистым извергом, в нём нет ни капли противоречивости. Наташа, так и не ужившись среди чужих пороков, понимает, что никто не поможет и уверенно транслирует эту мысль читателю. Не надейтесь. Не приспособитесь.

«Рассказы» вмещают в себя актуальные для современной русской литературы тренды, но книга при этом не выглядит очередным анализом травм прошлого с региональным окрасом. Мещанинова ни разу не взывает к сочувствию и не пытается растрогать читателя. Она справилась с болью самостоятельно. «Рассказы» — итог и послание тем, кто столкнулся с похожей ситуацией: вы уедете, убежите. Вы не одни.